Дебют Джонатана Андерсона для Dior: цветы, скульптуры и новая женственность

Вчера в парижском музее Родена взошли первые плоды трудов Джонатана Андерсона — дизайнер, временно переквалифицировавшийся в настоящего садовника, представил свою дебютную кутюрную коллекцию. Она, как уже могло стать ясно, полностью посвящена цветам — главной страсти самого Кристиана Диора.

Вообще, начинать свое творчество с флористики — едва ли не традиция в Dior. Основатель Дома, выросший в семье прирожденных садоводов, посвятил растительному миру свою первую коллекцию Corolle, более известную как New Look. Подолы-лепестки, приталенные силуэты и юбки-тюльпаны — отсылки к бутонам попросту нельзя не заметить. И их он использовал вплоть до самого конца своего пути.

Тем же приемом, придя на работу в бренд, воспользовался и Раф Симонс. Представляя свою дебютную коллекцию — полную и флоральных принтов, и фирменных «цветочных» фасонов, — он превратил пространство вокруг подиума в цветущий сад. Стены заменили живые инсталляции из роз, дельфиниумов, орхидей.

А теперь ему наследует Джонатан Андерсон. Его стараниями зал музея обернулся в масштабированный аналог флорариума, в котором, прямо над посадочными местами для гостей, возвышались розовые глицинии, а с потолков за показом наблюдали цикламены, которые дизайнер также разослал в качестве приглашения. На них выбор пал отнюдь не случайно: как вспоминает сам Андерсон, в прошлом году, перед его первым женским показом в Dior, он встретился с экс-креативным директором Дома Джоном Гальяно. Тот вручил Джонатану подарок — небольшой букет цикламен, перевязанных черной лентой.

«Это были самые красивые цветы, которые я когда-либо видел — так что я взял их за основу», — уточняет модельер (читайте также: Силуэт New Look, серый цвет и еще 8 вещей, которые ввел в моду Кристиан Диор).

Однако главной гордостью его райского сада оказались вещи вполне рукотворные — образы, которые он создал сам. Как и ожидалось от Джонатана, коллекция вновь оказалась полна отсылок. Цикламены, гортензии и другую растительность дизайнер то и дело цитирует в силуэтах, фактурах и аксессуарах — уши моделей, например, вместо серег украсили вполне реальные представители флоры.

Топы у него напоминают раковины морских моллюсков, чешуйки из тончайших слоев ткани — ни то макросъемку крыльев бабочки, ни то развернутые в плоскость бутоны артишоков, а сдержанные цветочные мотивы на черном фоне вносят в показ восточные ноты.

Андерсон также отдал должное другим предшественникам. При этом с архивами он работает аккуратно, не слишком ударяясь в прямое копирование. В минималистичном жакете Bar в паре с розовыми мюлями угадывались отголоски фирменного кроя Рафа Симонса, а драпированных платьях — чувственность Гальяно и из один из его любимейших периодов в моде, «belle epoque».

Кроме того, Андерсон как всегда обращается к истории моды и искусству. Так, шоу получило название Magdalen в честь кенийского скульптора и близкой подруги Джонатана Магдалены Одундо. Раздутая и слегка асимметричная форма ее керамических ваз стала прообразом объемных юбок с кринолином. Кстати, художница поучаствовала в работе и лично: по данным Vogue, она приложила руку к обновлению сумки Lady Dior.

Некоторые же платья — явный оммаж работам Жака Гриффа, короля драпировок и великого кутюрье ХХ века, ныне практически забытого. А точнее, конкретному образу, который он создал в 1956 году — юбка у этого наряда тоже как бы закручивалась книзу благодаря складкам, а ее подол, как и у Андерсона, украшал крупный бант.

Предыдущие коллекции Андерсона, особенно недавняя мужская линейка, были приняты весьма двояко. Пока одни восторгались новизной, которую он привнес в Дом, другие не переставали задаваться вопросом — кто будет все это носить и не потеряет ли Dior свой коммерческий потенциал. Однако новым шоу дизайнер утирает всем нос и доказывает, что умеет продавать как никто другой (читайте также: Великий провал или оправданный риск Джонатана Андерсона: как прошел новый показ Dior Homme).

Помимо эффектных, нетривиальных платьев, которые мы, уверены, еще не раз увидим на красных дорожках, он неожиданно вводит в кутюрную коллекцию трикотаж. Согласимся, что это — не самый привычный материал для Высокой моды. Зато, если делать максимальную ставку на V.I.C. (very important client), за которыми сейчас так гоняется вся фэшн-индустрия, высока вероятность, что именно такие «понятные» вещи в конце концов осядут в их гардеробах.

Еще одна важная грань, которую в числе прочих отмечает и Vogue, — намеренное снижение пафоса от-кутюр. Андерсон в новом шоу миксует драпированные юбки из шелка, расшитого вручную, с вполне простыми майками, а вместо миниатюрных вечерних клатчей вручает моделям сумки нормального «повседневного» размера.

За всей этой цветочной фантасмагорией ожидаемо наблюдали главные модные гости. В их числе Анна Винтур, Рианна, Аня Тейлор-Джой, Грета Ли, Наталья Водянова, Дженнифер Лоуренс, Карла Бруни, Карли Клосс и многие другие. Также на шоу прибыли первая леди Франции Брижит Макрон и председатель и генеральный директор Louis Vuitton LVMH Moët Hennessy Бернар Арно, Джефф Безос и Лорен Санчес. Отдельно стоит выделить и коллег Джонатана: Пьерпаоло Пиччоли, Фаррелла Уильямса и Жан-Поля Готье, который прибыл вместе с Ольгой Карпуть.

Однако главным героем вечера по праву можно назвать Джона Гальяно. Перед шоу Андерсон признавался, что с нетерпением ждал именно его появления. «Когда я учился дизайну, он был буквально супергероем для нас всех», — вспоминал он. В итоге модельер все же приехал на показ и, в одной из бесед с журналистами, даже сказал, что шоу ему очень понравилось. Так что Андерсон успел получить и высшую для себя похвалу, причем вполне заслуженно.